Одним из самых тёплых, самых «живых» мест празднования Дня тувинского языка стал Национальный музей имени Алдан-Маадыр.
Мы все любим музей. И не только наш, Национальный музей Республики Тыва им. Алдан-Маадыр, но все музеи в целом. И нам, разумеется, хочется, чтобы там было больше разных экспонатов. Но один экспонат мы категорически не хотим там увидеть – это тувинский язык.
Он должен быть живым.
Можно выпустить учебники тувинского языка, изучать язык в школах и других учебных заведениях, но если ребенок им не владеет с детства, то будет изучать его как иностранный язык. То есть, родным он уже не станет.
Само по себе?
Оттук Иргит, кандидат исторических наук, ио директора ТИГПИ рассказал, как постепенно язык стал «вымываться» из жизни на примере родного Овюра. Родители, и это абсолютно правильно, желают добра своим детям. И опять же, абсолютно правильно полагают, что без русского языка у ребенка будет меньше шансов получить хорошее образование. И тоже абсолютно правильно стараются, чтобы в быту у них использовался русский язык.
А что здесь неправильного? А неправильно то, что всем казалось: тувинский язык сохранится просто так, сам по себе. Он же вокруг, его много, они же всегда жили в атмосфере тувинского языка. А дети, переезжая в город, практически не пользуются родным языком. И уже дети этих детей говорить на нем не умеют – не научили. Вот такая простоя история, когда все хотят сделать как лучше, а получается… Ну, вы поняли.
Может ли школа исправить ситуацию? Да нет, не может. Даже если добавят еще один дополнительный час в неделю, а то и два, мало что изменится. Язык по-прежнему останется «чужим».
Сколько стоит народ?
Каадыр-оол Бичелдей, директор Национального музея, обратил внимание на другую проблему. Оказывается, не все так просто. Чтобы кого-то учить что надо? Правильно, учебники. А еще учебные пособия, учебные тетради, методички для учителя… Но вот этого всего у нас и нет. В 90-е годы прошлого века они были, но когда изменили школьные программы, учебники изъяли. А даже если бы и не изымали, то они ведь ветшают. Школьный учебник долго не живет.
Но образцы учебников сохранились в библиотеках. Можно ли их растиражировать? Нет, нельзя. Изменились условия, методы преподавания и многое другое. Учебники надо создавать заново. И каждый год допечатывать. А это большие деньги.
По интернету ходит такая, вроде бы, еврейская мудрость: «Если проблему можно решить за деньги, то это не проблема - это расходы». Выстраиваем логическую цепочку: чтобы сохранить народ – надо сохранить язык; чтобы сохранить язык – надо потратить деньги на учебники и школьные программы. И задаемся вопросом: каких денег не жалко, чтобы сохранить народ?
Кстати, деньги будут нужны не только на учебники. Но и, например, на СМИ на тувинском языке и многое другое.
Есть ли надежда?
Оттук Иргит оптимист. Он уверен, что надежда на сохранение языка всегда есть. Есть же пример бурятов: язык почти исчез из бытовой речи, но его начали возрождать. А мы были уверены, что с нами такого не случится, и наступили на те же грабли. И сейчас, как и буряты, должны принимать серьезные меры.
Каадыр-оол Бичелдей тоже уверен, что надежда есть. Но надо много работать. Надо создать учебники на тувинском языке по всем предметам до пятого класса. Ну а сам он, как директор музея, тоже работает для того, чтобы тувинский язык был не просто артефактом из прошлого. Все сотрудники музея двуязычны, ведут экскурсии на русском, и на тувинском языке. И нынешний праздник тувинского языка тому доказательство.
«Тыва дыл найыры!»
В музее провели «Праздник тувинского языка». Здесь не было ощущения «официального мероприятия», когда стоишь в стороне и слушаешь. Наоборот, музей будто распахнул двери и сказал каждому: «Заходи, трогай, пробуй, говори». И люди заходили – семьями, классами, компаниями друзей.
Семнадцать интерактивных площадок разместились по разным залам, и у каждой был свой маленький мир. На одной площадке учили играть в традиционные игры: кто-то впервые брал в руки фигурки для кажыка и тут же заражался азартом, кто-то смеялся, когда ошибался в правилах, а рядом тут же подсказывали: «Смотри, вот так! Это же весело!» В этих играх не было проигравших - была общая радость от того, что ты делаешь что-то вместе, слышишь знакомые слова и вдруг понимаешь их смысл не из учебника, а из живого разговора.
«Поле чудес» предлагало отгадывать тувинские слова по буквам. А это было нелегко! Сотрудники музея выбирали слова сложные, порой вышедшие из употребления. Такие, как, например, кожемялка, или какие-то части люльки, или ларец для хранения драгоценностей – хозул. В общем, сложно было не только детям, но и взрослым. Впрочем, по буквам они угадывались. И, разумеется, приз. Не машина, конечно, но тоже приятно.
Валерия Донгак в зале природы проводила викторину на знание тувинских названий птиц и животных, домашней утвари. Кстати, даже дети из сельской местности, для которых тувинский язык именно родной, и первый в изучении, очень смутно представляют себе, как называются травы, растения, птицы. И подсказки на русском языке здесь не помогали. Хотя, если честно… Для городских это почти нормально. Вот есть такой «горноколосник колючий». Вы его знаете? Русские подобные растения называют заячьей капустой, или молодилом. А по-тувински – чылан-сыртыы – змеиная подушка.
А вот литературная игра гораздо проще! Там в двух колонках написаны имена писателей и названия произведений. Они нарочно перепутаны. Нужно отгадать, кто что написал. А можно не отгадывать, а просто знать, что «Кто ты, Субедей-богатырь» написал Эдуард Мижит, про Буян-Бадыргы писал Монгуш Кенин-Лопсан, а про берестяной чум – Салчак Тока. Произведения классические, их вроде все должны знать. Но, оказывается, не все.
На другой площадке оживали сказки и легенды. Здесь не просто читали вслух - здесь рассказывали. Рассказчик будто приглашал всех присесть поближе, сделать паузу в суете и послушать. И в эти моменты становилось ясно: язык – это не только слова, это память, это связь поколений.
Гости уходили с праздника с разным настроением, но с одним общим чувством: язык – это не тяжёлая обязанность и не скучный предмет. Это тепло, это дом, это голос, который звучит внутри и связывает с родными, с землёй, с историей. Дети уносили с собой не только маленькие сувениры, но и новые слова, новые истории, новые эмоции.
День тувинского языка 2026 года запомнился не сухими цифрами и не формальными отчётами, а живыми моментами: ребёнком, который впервые правильно произнёс сложное слово, взрослым, который вдруг вспомнил забытую пословицу и улыбнулся.
Именно такие моменты и сохраняют язык. Не только в документах и программах, но и в сердцах, в разговорах, в праздниках, где каждый может сказать: «Я здесь. Я слышу. Я говорю на своем языке».
Ирина КАЧАН
Фото автора
