ВЕТЕРАН МИХАИЛ ЧЕШУИН: О ВОЙНЕ, О ТРУДЕ И ЖИЗНИ В ТУВЕ

Настоящий экономический, строительный, промышленный и сельскохозяйственный бум начал зарождаться в Туве в конце 50-х годов. Уже к началу 60-х годов ХХ века его невозможно было удержать. Народ хотел жить в современной, сильной и развитой республике. Дыхание прогресса чувствовалось везде, чего стоит только одно развитие Ак-Довурака, строительство Асбестового комбината и модернизация Усинского тракта (М-54).

За всеми этими трудовыми подвигами стояли жители Тувы и люди со всех уголков СССР. По комсомольским путевкам на Всесоюзные ударные комсомольские стройки ехала самая активная, образованная и прогрессивная молодежь. Для Тувы маловато быть лишь сельскохозяйственной и животноводческой, ведь её недра скрывают в себе настоящие сокровища. Их необходимо было грамотно извлечь, переработать и пустить в доброе дело, на благо людям.

 Имя города Ак-Довурака с тувинского языка переводится как «белая земля» или «белый песок». Это название связано с месторождением асбеста в окрестностях города. Само асбестовое месторождение было обнаружено еще в конце XIX века – по выходу магнезита, спутника асбеста. Однако более тщательная разведка и разработка начались только в 1930-е годы, а строительство комбината «Туваасбест» по добыче и переработке хризотил-асбеста началось лишь в 1959 году. Тысячи и тысячи крепких, трудолюбивых и молодых рук участвовали в возведении этого промышленного гиганта. На одну из руководящих должностей был назначен Михаил Чешуин.

 

Наша дружная, сплочённая и интернациональная стройка

– Впереди у нас было много сложной, кропотливой и даже высокотехнологичной работы. Оптимизма и трудового азарта у нас хоть отбавляй, а вот со строительными и инженерными кадрами была большая проблема, – припоминает Михаил Александрович. – Стройплощадка, сложная техника и приборы, различные материалы и металлоконструкции без умелых работников бесполезны, да что там греха таить, это всё превращалось просто в хлам, когда не было рядом знающих и умеющих со всем этим обращаться людей.

Медлить, когда реализуешь проект такого значимого масштаба, нельзя или даже преступно. Нашим инженерам приходилось труднее всего, они трудились за троих, частенько без выходных. Ждали, когда из-за Саян приедут новые, только что получившие современное образование в вузах специалисты. Эти ребята всегда приезжали с целым вагоном и маленькой тележкой новых идей. Они сразу же уходили с головой в работу и буквально горели на ней. Не просто было и с профессиональными рабочими, много работящих парней и девушек хотели влиться в нашу команду, но частенько их навыки оставляли желать лучшего.

Отрадно, что бывалые люди со стажем не утаивали от новичков своих умений, а становились для них опытными и надёжными наставниками. С теплотой вспоминаю невысокую и слегка полненькую арматурщицу Надю Сарапульцеву. Трудно сосчитать, сколько умельцев вырастила и воспитала Наденька. Многие из её стажеров были девчата, а ведь арматурщик – профессия не из лёгких. Приходилось работать с металлом, поднимать детали весом в несколько десятков килограммов, не обращать внимания на мороз, а цеха на первых порах отапливались очень плохо. Да и знать и уметь надо было немало.

Шутка ли, в кратчайшие сроки освоить сборку и монтаж сеток и арматурных каркасов, монтаж арматуры из стержней, крепление закладных деталей и установку анкерных болтов. А это лишь верхушка айсберга мастерства, но ведь люди справлялись, было трудно, а они вопреки всему становились мастерами своего дела. Я всегда уважал бригадира плотников-бетонщиков Баазыра Сарыглара.

Под его началом работать было престижно и авторитетно, ударники всегда пользовались заслуженным почётом среди товарищей, да и зарабатывали они хорошо. Баазыр проявил себя, как опытный педагог, он уделял огромное внимание мелочам, от а до я скрупулёзно объяснял и показывал на практике азы своей профессии. Он не любил ленивых, нерасторопных и не терпел, когда производство останавливалось без уважительной причины хотя бы на одну минуту. Но зато, когда у его учеников начинало всё получаться, он искренне, сердечно и не кривя душой хвалил их.

Радовался, что сумел из вчерашних работящих и усердных, но всё же неумех, сделать превосходных мастеров. Верхнюю ступень пьедестала рабочих профессий, без сомнения, занимали крановщики. Частенько это были крепкие мужики с пудовыми кулачищами и стальным взглядом, но и из этого правила были свои исключения.

Настоящей «звездой» на строительстве комбината «Туваасбест» стала старательная, песенно-веселая крановщица Анна Протопопова. Аня – девушка крупная, плотно сбитая и румяная красавица с косой до пояса. Она в свободное время любила петь русские народные песни, заводные и разудалые частушки, радовала нас своим самодеятельным искусством. Вот такие люди трудились плечом к плечу. К сожалению, невозможно рассказать или хотя бы вскользь упомянуть о каждом из них, тут и целой книги не хватит. Но именно они своим трудом, самоотверженностью и умением преодолевать самые сложные испытания сумели к 1964 году построить комбинат «Туваасбест», ставший градообразующим для Ак-Довурака. Вот они, скромные герои.

Дорога снабжения, артерия экономики

 – К тому времени Усинский тракт требовал глубочайшей модернизации, ведь Туве нужно было всё больше промышленных, строительных и бытовых грузов, – уточнил Михаил Чешуин. Путь должен был стать более удобным, безопасным и не таким трудным в прохождении. Но этому мешал могучий, непреодолимый и исполинский горный хребет. Мы прозвали эти заоблачные и непокорные высоты «Орлиное гнездо». Ещё при проектировании на сверхоблачной высоте увидели орлов – красивых горных птиц, отдыхающих на скальном выступе. Да так и решили отметить на карте будущее место подрыва.

Руководил всеми работами по прокладыванию новых участков трассы и подрывами Григорий Шатунов – начальник строительного управления № 834. До поры до времени всё шло по плану, но мы никак не могли определиться с количеством взрывчатки для подрыва «Орлиного гнезда». Один мастер говорил, что надо меньше, а другой настаивал на большем количестве взрывчатых веществ. Долгие были те споры и вычисления, но в итоге сговорились на 300 тоннах взрывчатки.

Когда вся сложная, громоздкая и неимоверно мощная взрывная система была почти готова, то было принято решение доверить почётное право зажечь заветный бикфордов шнур Баараку Доктугу. Он – личность неординарная, одно время был следопытом, охотником, даже аратом, который стал отличником в козоводстве. Но у него появилась заветная мечта, которую он воплотил в жизнь. Успешно освоил бетонностроительную укладку дорог и даже стал одним из лучших в этом деле спецов по Туве. И вот заветный день настал. Исполнитель вышел на круг, достал из рабочей спецовки стальное кресало, кремень, выбивает искры, чиркнул пару раз.

Спустя мгновение, появилось пламя, которым занялся подрывной шнур, повалил жиденький дымок – и сначала подумали, что он погас. Надо повторять попытку с самого начала, но нет, горит, тлеет и равномерно бежит огонёк к своей цели. Мы оперативно заняли свои места в заранее подготовленном вдали от взрыва укрытии. Время замерло, оно перестало идти, замёрзло, как будто играло с нами и пыталось лишить нас долгожданного триумфа, но вдруг земля затряслась, заходила ходуном.

Даже на фронте я не видел такой мощи, хотя мне и самому приходилось неоднократно устраивать для фашистов долгие и смертоносные канонады. Но это был мирный взрыв, он был направлен на созидание, а не на разрушение. И вот… Тишина. Мы, будто победители двух родных фронтов в войну, радостно встретились, обнялись и не могли нарадоваться друг другу. Вдруг раздалось несколько знакомых хлопков, стало понятно, что кто-то всё предусмотрел и взял с собой несколько бутылок шампанского. Разлив этот гусарский напиток по алюминиевым кружкам, мы не сговариваясь прокричали короткий, но ёмкий тост: «За успех!». Путь был свободен.

Так началось рождение современной трассы М-54. Много счастливых лет подарила мне Тува, здесь я встретил много интересных и сильных людей, крепко подружился с жителями республики, искренне полюбил её просторы и красоты. В центре Азии – моя комсомольская и партийная молодость. Но случилась беда. Заболел и умер сын Юрий. Тогда всё вокруг напоминало мне и супруге Асеньке о его потере. Так продолжаться не могло, это была настоящая пытка, и в 1968- е годы мы вернулись на Алтай, обосновались в городе Бийске.

 Сначала работал по партийной линии на котельном заводе, а потом с 1973 года почти полтора десятка лет – директором торгово-кулинарного училища, позднее СПТУ-87. Уйдя на пенсию устроился слесарем на химкомбинат, не могу я сидеть просто так и бездельничать. Сейчас мне уже 95 лет, нахожусь на заслуженном отдыхе, но из строя не выбыл. Живу в Барнауле, активно участвую в общественной, и иногда даже политической жизни города. В День Победы рассказываю студентам и школьникам и той далёкой, но незабытой войне и радуюсь, что мы смогли отвоевать мир для нынешних поколений.

О Туве и её людях вспоминаю часто, скучаю, через СМИ и Интернет узнаю, чем живет и дышит моя вторая малая Родина. Радуюсь, что в её сегодняшних успехах есть и моя лепта. «Живи, крепни и процветай, моя золотая, милая и чарующая Тува», – произнёс дядя Миша, незаметно стряхивая одинокую слезинку со щеки.

Беседовал Кирилл САМОХВАЛОВ

Фото из семейного архива Михаила ЧЕШУИНА и открытых источников