Молодость. Романтика. И гитара у костра...

К 50-летию Терлигхаинского РЭП и не только.

Начну с истории развития горнорудной промышленности Тувы во второй половине ХХ столетия. Топливно-энергетическая промышленность, уже существовала, для нужд населения угли добывались на Ээрбекском (1939-1950гг.), Элегестинском (Красная горка), Чаданском (с 1954 до 1960 г.  - кустарным способом) месторождениях. На Элегестинском месторождении, конечно же, было проблематично, как и во всех подземных угледобывающих шахтах. Печальная ситуация (взрыв) произошла в 1950 году на Ээрбекском участке, там по сей день горит оставшийся уголь. Когда открыли в 1969 году Каахемский угольный разрез, добыча угля стала безопасной. Развивалась горно-обогатительный комбинат «Туваасбест» и горно-металлургический комбинат «Тувакобальт». В период рассвета горнодобывающей отрасли продолжалось формирование инженерно-технических кадров, высококвалифицированных рабочих специальностей на местах, развитие инфраструктуры новых поселков и т.д. С пуском комбината «Туваасбест» вырос целый город. Единственное, на мой взгляд, не учли вопросы экологии: Ак-Довурак построен очень близко к месторождению, можно сказать, на залежах. Выбросы с комбината оседали в городе. Дорога Ак-Довурак - Абаза считалась одной из красивейших дорог России. По ней вывозили добытый асбест в Абакан. Вместе с Усинским траком она составляла «Золотое кольцо Саян». Комбинат активно готовил своих инженерно-технических работников в ведущих учебных заведениях страны, выплачивая ежемесячно стипендию в течение пяти лет учебы. Потом специалисты до достижения пенсионного возраста работали на комбинате. Средне-специальное образование молодые люди получали без отрыва от производства в техникуме, расположенном в городе Ак-Довураке, вечерняя школа рабочей молодежи, где была возможность получить аттестат о среднем образовании.  

50 лет назад, в 1971 году к «Туваасбесту» и «Тувакобальту» добавилось еще разведочно-эксплуатационное предприятие (РЭП) на базе Терлигхаинского ртутно-рудного месторождения от треста «Союзртуть». Когда подобное Белоосиповское предприятие в Горном Алтае было закрыто, то Терлигхаинское РЭП стал единственным на территории Российской Федерации. В трест «Союзртуть» в то время входили Никитовское месторождение на Украине и Хайдарканское в Узбекистане. В отличие от первых двух гигантов организовать РЭП на ртутнорудных месторождениях было очень просто - металлургический завод представлял собой одну печь, расположенную прямо на месторождении. Печь работала на дизтопливе (солярке). Терлигхаинское ртутно-рудное месторождение находилось в 12 километрах от поселка Терлиг-Хая вверх по реке Баян–Кол на правом ее притоке - речке Терлиг-Хая. В начале 1971 года началось строительство металлургического завода, сдали в эксплуатацию в конце 1972 года. Он находился всего в 200 метров от карьера.

Поселок Терлиг-Хая представлял собой уютный уголочек. Клуб, магазины, пекарня, баня, школа, почта, медпункт и освещение поселка дизгенератором. До Баян-Кола шла проселочная дорога, далее паромная переправа до трассы Кызыл - Ак-Довурак.  Большие проблемы наступали в осенние-весенние периоды. Но в 1975 году было организовано авиасообщение три раза в неделю, причем, утром и вечером.

Я приехала в Терлиг-Хая 1 августа 1973 года по распределению после окончания института, поэтому вопрос будут брать на работу меня или нет в то время не стоял. Геологический отдел находился в местном клубе, напротив библиотеки, занимал одну большую комнату. Когда я появилась в отделе, народ был не восторге, а начальника партии не было. Валентина Николаевна Гречищева, старший геолог, извинилась и сказала: «Мы ждали геолога-мужчину».

Позже, в сентябре, прибыл мой будущий муж Михаил Ондарович Ойдуп -выпускник Свердловского горного института. Карьер еще не был сдан в эксплуатацию, поэтому мы приняты были в геологоразведочную партию при РЭПе. Геологоразведочные работы проводились с целью наращивания запасов месторождения. Работы проводились на правой стороне р. Терлиг-Хая на участках №№ 3 и 4.  Буровые работы велись под землей, т.е. из штолен и на поверхности бурились глубокие скважины до 500 метров для оконтуривания флангов. Одновременно велись геологическое, горное, маркшейдерское обслуживание на карьере, где велись вскрышные работы.  Первый год с жильем была большая проблема. Молодые, не женатые работники на выходные рвались домой к родителям. У Михаила родители жили в Бай-Тайге, мои - в Улуг-Хемском районе. Проще было уехать в Москву. Поэтому я ездила к сестре в местечко Алдыы-Шынаа у поджножия горы Хайыракан со стороны Енисея. Сейчас этого населенного пункта нет на карте Тувы, попал в зону затопления Саяно-Шушенской ГЭС.

Рабочая столовая в поселке открывалась в шесть утра, там завтракали. В семь утра уезжали на месторождение, где и находились до самого вечера. Дороги как таковой не было, множество переездов вброд реки, а где-то вдоль реки. Красота неописуемая, долина узкая, с двух сторон отвесные скалы. Помню, утром едем на работу и видим, как горные козлы спускаются на водопой. Молодняк пугливо скачет по скалам, а постарше не спеша отходят и смотрят на нас. В то время люди их не истребляли. Возили нас на ЗИЛ-135, летом без тента, а зимой под тентом. Сейчас представить эту картину очень трудно.

На следующий год после сдачи карьера в эксплуатацию больше стали прибывать по распределению выпускников технических, горных высших учебных заведений - энергетиков, горных инженеров, маркшейдеров. А основной рабочий костяк в РЭП прибыл из ликвидированного Белоосиповского РЭП из Горного Алтая, а также местное население. Позже работали и выпускники Кызылского автодорожного техникума – техники-геологи и горные мастера. Последние четыре года Михаил руководил горноспасательным отрядом предприятия, в составе которой были шесть добровольцев из числа горняков, буровиков и ИТР.

Горнорудные предприятия, ориентированные на цветные, редкие металлы в Советское время, заведомо были планово-убыточными. Это, в первую очередь, связанно с геологическим строением месторождений. Как правило, они жильного характера, а жилы не всегда выдержаны по мощности, где-то сужаются, выклиниваются, а где-то имеются раздувы и т.д.  При подсчете запасов и тем более при эксплуатации очень сложно учесть все эти нюансы. С момента сдачи карьера на Терлиг-Хая столкнулись с этой проблемой, особенно на верхних горизонтах. Верхушки жил тонкие, с разными углами падения. При взрыве выходило очень много пустой породы. Вроде массы много отгрузили на завод, а выходе металла оказывалось очень мало.

В 1975 году, после ликвидации треста «Союзртуть» наше РЭП передали в ГОК «Тувакобальт», как участок. От этого были свои плюсы: рабочие специальности - проходчики горных выработков, буровые мастера, взрывники могли пройти курсы обучения на комбинате и получить соответствующие документы. И минусы: для треста «Союзникель» Терлигхаинское разведочно-эксплуатационное предприятие было как бельмо на глазу. Главные специалисты комбината «Тувакобальт»: геолог, маркшейдер, инженер стали частыми гостями предприятия, порой жили у нас неделями. На Хову-Аксынском месторождение комплексных руд, на базе которого построен комбинат «Тувакобальт» была подземная отработка, т.е. руду вынимали из подземных горных выработков. Они столкнулись с такой же ситуацией, что наш РЭП. Начали трезвонить, что подсчитанные запасы не подтверждаются и добились пересчета запасов. Была организована группа по пересчету. Собрали геологов из разных предприятий треста «Союзникель» и пересчитывали заново запасы. В итоге РЭП закрыли.

Чойганмаа ОЙДУП,

кандидат геолого-минералогических наук, ведущий научный сотрудник ТИКОПР СО  РАН 
Поздравляю всех геологов Тувы с  профессиональным праздником! Здоровья и семейного благополучия всем!

Геолог землю изучает

Молодость. Романтика.
И гитара у костра.
И палатка раздувается,
Где свирепствуют ветра.
Тороплюсь на свиданье с тайгою,
Хоть неласкова часто она,
И коварна бывает порою,
И желанная - тоже она.
Открываются синие дали,
Пропадает за мной горизонт,
Когда новую карту дали,
Когда новая песня зовет.