Юбилей ТНР в свете Чаа-Хольского постмодернизма

Порой сталкиваешься с фактами, которые не поддаются логическому объяснению.

Их принимаешь как должное, потому что это – Тува, где «невозможное возможно». Александр Блок, конечно, здесь ни при чем. Хотя… кто знает? В любом случае, события вековой давности в Чаа-Холе кажутся совсем недавними. Больше того – актуальными.

«Я – под камнем»

Совсем недавно в Ак-Дуруге обижались на министра обороны ТНР Монгуша Човековича Сувака. Он сам родом из Ак-Дуруга, но не пустил добровольцем на фронт никого из этого села. Рассказывают, что он говорил землякам: сидите дома, детей растите, на фронте вы все погибните.

Десятилетия проскакивали одно за другим, а обида оставалась – мол, не дал возможности прославиться. Сейчас, как говорят, обида приутихла, к тому же в село приезжали добровольцы-кавалеристы из других населенных пунктов и оставались в нем жить. Но об одном старике до сих пор рассказывают странные истории.

Этот старик из Ак-Дуруга говорил: «Вот вы меня видите, но на самом деле меня нет. Я не живу. Я лежу под камнем недалеко от Ровно на Украине».

Что это было? Альтернативная реальность?

Философия постмодернизма довольно сложна, но есть несколько простых основных базовых «установок»:

Так называемый реальный мир, на самом деле иллюзорен;

Истина не может быть познана и объяснена однозначно. Она многогранна;

Внешний мир не дан нам сам по себе, мы сами конструируем его в той или иной степени;

«Конструкций» реальности может быть неограниченное количество и… все они равноправны между собой, нет более реальной, более истинной, более объективной конструкции;

И из этого следует, что человек не познает мир, а всего лишь интерпретирует его.

Не кажется ли вам, что вот это высказывание старика «я – под камнем», как нельзя лучше вписывается в философию постмодернизма. Подобная фраза была бы понятна и уместна в устах героев Андрея Битова или Борхеса.

Но, как говорят, этот старик был очень простым человеком. И вряд ли простой сельский старик увлекался постмодернизмом. Впрочем, Восток и Запад действительно не всегда понимают друг друга. Неоднозначность истины на Востоке была нормальным явлением. Восток поистине наслаждается идеей многогранности и непостижимости истины. Может быть, и этот старик был из таких мудрецов, которые интуитивно понимают многогранность истины. А может и впрямь видел альтернативную реальность.

Как бы то ни было, в Чаа-Холе запланировали в цикле разных мероприятий к юбилею ТНР, провести и те, которые будут посвящены конкретно первому министру обороны Тувинской Народной Республики Монгуша Суваку.

А еще – будет турнир в честь Чанмана Монгуша

Первый Слон ТНР

Ну кто может знать победителя турнира, который прошел сто лет назад? Вообще-то – любой человек, если он родом из Чаа-Холя.

Когда о нем заговорил глава администрации Ак-Дуруга, это было еще понятно – к юбилею, может быть, перелопатил кучу разной литературы, выяснил кое-какие факты. Понятно, хотя все равно удивительно, что о нем спокойно говорили другие жители Чаа-Холя. Немногие ведь вспомнят, кто победил на Наадыме десять лет назад, или хотя бы, пять. Ладно, небольшая оговорка – Владимир Кара-Монгуш наверняка вспомнит. Но мы сейчас об обычных людях.

Буквально через пару дней после поездки в Ак-Дуруг решила проверить своё наблюдение, спросила у одного знакомого, который родом из Чаа-Холя, но давно живет в Кызыле, знает ли он борца, который победил на первом турнире, которой проходил в ТНР. Тот, абсолютно не задумываясь, говорит: «Ну, Чанман, наверное».

Да, Чанман Балчынмай оглу Монгуш как раз и был этим первым победителем. Вряд ли кто-то знает точно годы его жизни, но хоть немного рассказать о Чанмане может всякий чаа-холец.

Знаменитый борец родился в Ак-Дуруге, получил духовное образование, стал ламой, но бороться не переставал. До возникновения ТНР все нойоны считали за честь покровительствовать именитым борцам. Чанман был борцом Буян-Бадыргы.

Во время государственных праздников в Монголии Чанман дважды становился победителем турниров. Трижды побеждал на Наадымах – на турнирах западных кожуунов. За это получил звание «Народного Слона».

В первый год существования ТНР прошел турнир, победителем которого и стал Чанман. А потом еще трижды побеждал на турнирах в честь образования Тувинской Народной Республики.

У него было прозвище Шары-Кодурер Чанман, то есть: Чанман, понявший вола. Эту историю знают все ак-дуругцы, да и все чаа-хольцы тоже. Впрочем, как и все любители хуреша в Туве. Однажды около магазина возникла заминка – надо было поставить вола (шары) на весы, а вол упорно сопротивлялся. Тогда Чанман свалил вола на землю, связал его и поставил на весы. Так и появилось прозвище Шары-Кодурер.

Но рано или поздно его должны были победить. Когда Билчиир-оол Оюн на одном из Наадымов бросил на землю Чанмана, болельщики «вынесли вердикт»: «Там, где был повержен Чаан Чанман даже никакой сорняк никогда не вырастет».

Пророческое название

Об этом тоже, наверное, многие знают. Хотя все равно есть некоторые странности. Чаа-Холь – новое озеро. Название старое – озеро («шагонарское море») новое. Откуда и как могло появиться такое название кожууна, в котором не было более-менее значимых озер?

Ученые считают, что происхождение название связано с историческим прошлым и переводится как тревожное, беспокойное место от тувинского слова «холдуг, холзээзинниг». Ну а все остальное – только искажения названия.

Местные жители поддерживают такое мнение. Говорят, что когда-то здесь проходили большие битвы, что несколько раз поселок горел, его поджигали. Есть версия, что из-за женщины. И еще говорят, что именно здесь было принято решение поднять восстание Алдан Маадыр, а потом само восстание, разгораясь, переместилось на запад. Все может быть.

Вот только разные путешественники, которые посещали Туву в конце 19 – начале 20 века уже знали именно название Чаа-Холь. Только они произносили и зафиксировали его несколько иначе – Джакуль. Почему-то звук «ч» в разных топонимах, вроде «Чадан», «Чаа-Холь», им явно слышался как «дж». Но – «куль», не - «холь». А ведь это – тоже «озеро» в тюркских языках. То есть, все, абсолютно все имели ввиду именно озеро. Ну вот оно и появилось. Не могло не появиться, если все «утверждали», что оно тут есть.

Новый подход к колхозам

Во времена ТНР пытались везде создавать колхозы. Сначала дело вроде пошло, потом – поняли, что делают что-то не так. Колхозы заменили совхозами, которые, как потом выяснилось, тоже не слишком результативны. А вот сейчас намечается нечто новое. Или хорошо забытое старое?

В Чаа-Холь мы поехали в связи с проектом сотрудника Национальной библиотеки Тувы Чинчи Ондар. Цель проекта: оказание информационно-просветительской помощи чабанам, проживающих вдали от населенных пунктов. Плюс – дарение книг для домашней библиотеки чабанов. А если такой библиотеки пока нет, то несколько подаренных книг могут стать ее основой.

В этот раз поехали к семье Зотовых, которые стали участниками губернаторского проекта «Чаа сорук». Поскольку поездка была накануне Шагаа, но в этот раз привезли не бухгалтеров и ветеринаров, а… артистов. Небольшой концерт прямо на кыштаге организовали Народная артистка Тувы Надежда Наксыл и актриса театра Аржаана Стал-оол. Сама Чинчи Ондар провела беседу, посвященную Шагаа, рассказала об обрядах и традициях.

В кожжуне есть уже несколько участников другого губернаторского проекта «Кыштаг для молодой семьи». Конечно, было очень интересно узнать, как развиваются хозяйства кыштаговцев.

Председатель администрации Чаа-Хольского кожууна Радж Баз-оол рассказал совершенно удивительные вещи. Да, хозяйства развиваются. Впрочем, это происходит и в других кожуунах. Наличие скота вынудило «кыштаговцев» заняться заготовкой кормов. Быстро стало понятно, что обрабатывать поля, выращивать кормовые растения удобнее не поодиночке, а всем вместе. Кыштаговцы начали объединяться.

Нужна техника. Для начала восстановили трактор, который гораздо старше их. Но трактор смог выполнять свои функции. Потом уже от правительства получили новую технику – инициативу надо поддерживать. Каждому отдельному человеку сложно содержать всю необходимую технику, к тому же надо ведь кому-то и за скотом следить. Техника стала совместной. А для разных работ стали привлекать дополнительные рабочие руки…

Ну что? На что это похоже? Как кажется, это как раз становится похоже на те самые колхозы, которые не могли создать в свое время в ТНР. Другая основа хозяйствования, но то же желание заниматься животноводством, та же любовь к родной земле.

А все вместе – просто Чаа-Холь. Место, в котором события вековой давности кажутся совсем недавними. И очень актуальными!

Марина ДМИТРИЕВА

Фото из открытых источников и автора

"Тувинская правда" №6 от 20 февраля 2021 года.