Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Общественно-политическая газета Республики Тува
Кызыл
03 июля, вс

Хотели как лучше. Сделали как всегда

14 марта 2022
5

Все хотели сделать как лучше. Два съезда духовенства провели именно с этой целью.

Первые попытки регулирования

В самом начале века, как кажется, вопрос особо и не возникал – строили хурээ, отправляли детей учится в Ургу или на Тибет. Лам было много. И учеников много.

Потом – время протектората. Комиссар Урянхайского края Григорьев в ноябре 1916 года в письме иркутскому генерал-губернатору приводит некоторые цифры. В частности, что по предположениям профессоров Боголепова и Соболева в Туве десять тысяч лам. Учитывая, что «численность урянхов достигает даже 60000 душ обоего пола, то можно считать, что ламы составляют 1/6 часть» всех жителей Урянхайского края. И есть основания считать, что численность лам больше. Конечно, эти цифры слегка напрягают. Если считать, что женщин и мужчин примерно поровну, то религии служат более трети мужчин. То есть, каждый третий мужчина – лама. Добавим сюда семьи феодалов и чиновников, и получится, что сельским хозяйством занимается не так уж много людей.

В марте 1928 года проходил I буддийский съезд. В докладе Севээн-ламы он назван «Великим хуралом приверженцев учения «Шихи-Муния» (Шакьямуни), Великим религиозным съездом, Великим съездом буддийской религии. Там были представители от всех хурээ, всего – 33 человека. От нескольких хурээ был не один человек. Всех хурээ в начале века было 20, к 1928 году – 25. В двадцати хурээ более десяти тысяч человек? Явно, российские профессоры учитывали даже маленьких мальчиков-хуураков. И то, как кажется многовато, но не будем спорить с авторитетным мнением. Вероятно, в общее число попали и все образованные люди – ведь образование тогда можно было получить только в монастырях.

Но идея реформации строилась именно в расчёте на то, что лам «слишком много» и надо как-то все это «урегулировать». Сам Григорьев вряд ли мог придумать что-то свое. Он рассмотрел ходатайство «правителей двух самых больших Хемчикских хошунов» - все монастыри и все духовенство объединить под управлением одного духовного лица и присвоить ему титул «Ламы-Богдо-Гегена». В качестве такого лица нойоны предлагали Лопсана Чамзы.

Уже от себя Григорьев предлагал главный храм построить в окрестностях Белоцарска, так как Хемчикское хурээ (Верхнечаданское), которым ведает Лопсан Чамзы, находится далеко от салчаков и тоджиннцев.

Первый съезд буддистов

Это пока еще не Великий съезд буддийской религии. Упоминание о первом съезде есть письме иркутскому генерал-губернатору комиссара Урянхайского края Григорьева от 4 марта 1917 года – ровно сто пять лет назад. Он пишет, что созвал съезд духовенства, «который только что мною закончен».

В Российской империи уже был опыт организации дел ламского духовенства по Иркутской губернии. Только надо было «чтобы непривычные для урянхов установления, как например безусловное безбрачие духовенства, сокращение числа лам до штатного их небольшого числа, строгое упразднение личной собственности лам, были проведены с некоторой постепенностью, дабы осуществление реформы не было болезненным и не породило беспокойства».

Уранхайский Бандидо Хамбо-Лама должен получить равное значение с забайкальским духовным лидером. На съезде обсуждали несколько кандидатур, наиболее подходящим сочли Лопсана Чамзы.

Григорьев считает, что уже настало самое подходящее время для объединения «ламского духовенства в Урянхае под властью одного лица» это следует сделать неотложно.

Утверждение Бандидо Хамбо-ламы

Неотложно не получилось, потому что шел 1917 год. Но даже в самые сложные и неопределенные годы Гражданской войны работа продолжалась.

И вот Указ «верховного правителя России» адмирала Колчака от 13 июня 1919 года: «Утверждается Ширету-лама Дашипуцеглен дацана – Гебши Хамбо Гелун Чжамцо – в звании Бандидо Хамбы-ламы урянхайкого духовенства».

Был не только указ, но дальнейшие реальные действия. Вероятно, в тех условиях это было непросто, но на религию время находили.

В июле секретарь при комиссаре по делам Урянхайского края Владимир Самойлов получает предписание сопровождать Хамбо-ламу во время поездки его в Омск к господину министру вероисповеданий.

Можно было бы сказать, что все устроилось, только мы знаем, что уже в декабре 1919 года Александр Колчак был предан союзниками, а в начале февраля следующего года казнен.

И вот тут наступает непонятный период – с одной стороны Бандидо Хамбо-лама избран на общем съезде буддистов. А с другой стороны, он утвержден светской властью, которой уже нет. То есть, для буддистов он явно остается духовным лидером. Но официально вроде бы и нет – тогда религия еще не была отделена от государства.

Мятеж 1919 года

Но, если честно, даже и 1919 году все было непросто с духовной властью в Урянхайском крае. В июне-июле произошло восстание. Его можно охарактеризовать просто: все против всех. Как следует из Доклада чиновника особых поручений при Министерстве внутренних дел Леонова (Омск), большевики «грозили нойонам, крупному чиновничеству, духовенству и богатым урянхам». Среди высшего чиновничества возникла мысль искать покровительство у монголов. В крае росла хозяйственная разруха. И росло среди урянхов и русских недовольство действиями русской власти.

Хемчику было относительно «просто» - там восстали против всех русских, не вникая в политические взгляды. В Салчакском хошуне «полная растерянность, высшие чиновники были от зимы в бегах». А еще была «Подхребениская Совдепия» - население которой «давших в прошлом году большую часть красноармейцев, решило вступить в переговоры с монголами и образовало советы». Как представляется общая путаница была не только в Урянхае, но и в представлении о нем у чиновников Колчака.

Но тут есть один интересный, хотя и странный аспект. В этом Докладе Леонов перечисляет мятежников «В восстании принимают участие Гун-нойон Буян-Бадыргы – правитель Верхнего хошуна, Дзахирокчи Нимажап, Хамбо-лама Дагданай» и другие. «Все эти лица еще с 1915 года, по словам Бандидо Хамбо-ламы старались вредить русскому делу». Бандидо Хамбо-лама, между тем, был братом нойона Хайдыпа, отца Буян-Бадыргы. Как-то странно получается. Впрочем, во время Гражданской войны бывают самые непредсказуемые ситуации.

Но сейчас мы выделим главное - именно в 1919 году уже была создана Временная инструкция «по управлению духовными делами буддо-ламаистов Урянхайского края». В ней указано, что во главе духовенства стоит Бандидо- Хамбо-лама и он ведет управление всеми духовными делами края. Подробно расписан штат канцелярии, функции. Но пока общее количество лам не сокращают: «Временно число лам не определяется штатами. Допускаются временно к участию в богослужении ламы, проживающие вне монастырей».

ТНР

Некоторое время молодое государство в центре Азии не уделяло особого внимания религии. Не то, что бы не уделяло вообще – просто не вмешивалось. Все оставалось по-прежнему: кто хочет - молится, кто не хочет – ну и не надо. Вот только в среде самих лам появилось понимание реформирования. Некоторые священнослужители решили, что пора обновить принципы духовного служения. Принципиальными и важными им казалось безбрачие, отсутствие личной собственности и пр. То есть, они хотели, чтобы духовенство полностью посвятило себя религии.

И вот 8-12 марта 1928 года в Кызыле состоялся исторический I буддийский съезд лам Тувинской Народной Республики. Это была попытка объединения духовной и светской власти, по сути – первая попытка взаимодействия государства и религии в ТНР.

Сульдум-Пунцук-лама, избранный председателем съезда, на открытии сказал: «Наш съезд не случайный. Он в будущем будет иметь историческое значение». Это действительно так. Но вот именно с учетом истории, как мы сейчас уже знаем, съезд проходил в преддверии трагических событий для всех духовных лиц.

По Конституции 1926 года церковь должна быть отделена от государства. И все (или почти все) собравшиеся, как сказал о священниках на заседании Правительства ТНР 6 декабря 1927 года Председатель Совета Министров Куулар Дондук «как бы, отделены и находятся почти вне закона». О духовенстве он сказал: «со стороны этой части населения есть нарекания, что их не защищают, а также и не защищают религию».

И вот в такой, не самой благожелательной обстановке начался съезд, на котором должны были решить очень важные вопросы, касающиеся веры.

Ирина КАЧАН

Продолжение следует