Афган нас не сломал…

Безжалостно ворвался в безмятежную молодость поколений 50–60-х афганский конфликт. Война по-своему изменила их уклад жизни. Вместо спокойной солдатской службы в военных городках на территории СССР, их ждал огонь сражений. Ребята со всего Союза за тысячи километров ехали в неизвестность. Гарантию вернуться живыми и здоровыми им никто не давал, а они приносили присягу на верность Родине и исполняли свой воинский долг отважно, честно, не жалея себя.

Сергей Белоусов в Туве, и особенно в Кызыле, человек уважаемый. Он директор автошколы «Туваавтотранс», председатель «Республиканской ассоциации автомобильных школ» и активный общественный деятель. Но всё это сегодня, а много лет назад жил в тувинской столице обычный веселый парень Серега. Учился в техникуме и даже не подозревал, что на его долю выпадет участь стать бойцом ограниченного контингента советских войск:

— В 1979 года окончил второй курс Кызылского автодора, а с третьего меня призвали в армию. Нашу команду из десяти парней отправили в городок Ишим для обучения минометно-артиллерийскому делу. После «учебки» отбыл к месту несения службы, в Юргу. Всего полтора месяца побыл я в Кемеровской области, в декабре нас откомандировали «на юга», для усиления группы войск. Без лишних разговоров посадили в поезд, а через четверо суток мы уже были в Кушке на советско-афганской границе. На акклиматизацию времени почти не выделялось,вскоре поступил приказ действовать. Нам выдали оружие, снабдили боезапасом, продовольствием и отправили «за речку», в Афган. Вот так и началась моя война. Командовал минометным взводом артиллерийской батареи третьей роты мотопехотного полка, с гордостью носил звание гвардии сержант. Дислоцировалось наше подразделение под городом Шинданд в провинции Герат. Неподалеку располагался крупный военно-транспортный аэропорт, кроме рейдов и участия в боях, в наши обязанности входила помощь в его охране. Многое приходилось возводить своими руками, мы обустраивали базы для размещения наших войск. Плодами наших трудов пользовались ребята, которые воевали после того, как мы ушли на «дембель». Хотелось всё сделать удобным, комфортным и функциональным. Думаю, им приходилось тяжелее, чем нам. За годы противостояния враг окреп, получил солидный боевой опыт и более совершенное вооружение от своих западных союзников.

Войну сложно спрогнозировать, иногда всё идет не по плану. Рассчитываешь на легкую боевую операцию, а всё выходит с точностью до наоборот. Поступил приказ обеспечить прикрытие пехоте во время захвата неприятельского склада с боеприпасами. Мы расположились в заданном квадрате, всё подготовили и сидим, ждем. Солдаты выдвинулись вперед, и наш командир решил пойти вместе с ними. Младший лейтенант был старше нас всего на несколько лет, парень он неплохой, но сильно шебутной, любил поиграть в войнушку. Ему всегда хотелось, как Чапаеву: «Впереди всех, на лихом коне». Мы разобрали 82-мм батальонные минометы, похватали боеприпасы и пошли в гору. Шутка ли, на своем горбу в жару тащить тяжеленный ствол, двуногу и опорную плиту. Пот лился ручьем, у меня язык от усталости на плечо свесился. Наш лейтенант бежал впереди с автоматом в руках и руководил. Пехотинцы посмеивались над нами и откровенно подшучивали. Они-то привыкли километры сапогами месить, но чтобы артиллерия — «бог войны» — шагала вместе с ними, ещё не видели. Воздух прогрелся почти до пятидесяти градусов, сил не было, в касках головы варились, как в котелках, мы их поснимали, остались в пилотках. Стало немного легче. Поднимались долго, покоряли вершину не менее трех тысяч метров в высоту. Я и не заметил, что у товарища, который шел впереди меня, начал протираться брезентовый рюкзак, в котором он нес боезапас. Мы уходили резко вверх, парень опережал меня метров на пять, одна мина выскользнула в образовавшуюся дыру и пролетела в паре сантиметров от моей головы. Один боеприпас весит более трех килограммов, ещё немного, и мне — крышка… Слава Богу, не раздался взрыв, защитный колпачок не слетел с взрывателя. Самое интересное, что в том рейде мы не сделали ни одного выстрела из нашей походной артиллерии. Объект боевиков был захвачен лихо, не выдержав стремительного натиска, большинство душманов сбежали. Оставшихся уничтожили, нам досталось много трофеев. Впереди ждал не менее трудоемкий спуск с тяжеленной поклажей и возвращение на базу.

Запомнилась одна «зачистка» кишлака, где, по данным разведки, засели боевики. Мы её проводили совместно с афганцами. По сути, это была полицейская операция, её курировали сотрудники царандоя, местной службы, выполняющей функции МВД. Они окружили населенный пункт и принялись за работу. Восток дело тонкое, их деятельность показалась нам специфичной и даже сумбурной, лишённой всякой логики. Сначала они гоняли всё мужское население из одного конца поселка в другой, всё это продолжалось довольно долго и сопровождалось криками, руганью и мордобоем. Потом всё затихло. Мы уже подумали, что наша помощь не пригодится. Стали располагаться на ночлег, разбили лагерь и выставили часовых. Машину с бойцами отправили за водой, но когда они проезжали мимо кишлака, по ним открыл огонь снайпер. Он отстрелил прапорщику ухо, парни среагировали оперативно, грамотно прикрыли отход группы. Командир приказал уничтожить неприятеля артиллерийским огнем. Самым удобным в эксплуатации для нас был автоматический миномет «Василек». Благодаря солдатской смекалке, мы в полевых условиях усовершенствовали заводскую модель. Снимали или срезали колеса и устанавливали его на многоцелевой тягач-бронетранспортёр МТ-ЛБ. Таким образом, у нас получилось самоходное орудие, способное выполнять множество боевых задач. Одним из его достоинств — манёвренность: приехал, быстро и прицельно отстрелялся и уехал, не дожидаясь ответного огня моджахедов. У нас в подразделении было несколько таких чудо-устройств.

Вот из этих-то «васильков» мы начали массированный обстрел. Я видел, как мины пробивают ветхие крыши домишек, и они разлетаются на мелкие куски. Менее чем за десять минут всё было кончено, от поселка не осталось и следа. Обследуя развалины, мы не нашли тела убитых врагов: либо им удалось уйти, либо они были погребены под обломками.

От непростого военного быта устаешь сильно — физически и эмоционально. Нашей батарее повезло, служил у нас замечательный боец по фамилии Соколик, родом из Украины. Сначала был артиллеристом, но, заметив его кулинарный талант, начальство определило его в повара. Солдатский рацион прост и однообразен и сварганить из имеющихся продуктов что-то стоящее совсем не просто. Ему это удавалось, готовил он по-домашнему вкусно и сытно. Главным праздником для нас был Новый год, к торжеству начинали готовиться за пару месяцев. Запасались консервами, доставали всякие вкусности и накрывали, по нашим меркам, царский стол. Это того стоило, на одну ночь мы забывали, что находимся в «горячей точке», всё было практически как дома. Посиделки в кругу друзей удавались веселыми и задушевными. О солдатской дружбе можно многое сказать, но это, прежде всего, безграничное доверие и чувство локтя. С Геной Ооржаком мы вместе призывались, служили и отправились на «дембель» тоже вдвоем, он мне как брат. Себя считаю человеком счастливым, подразделение в котором служил, потерь не понесло, раненые были, а убитых нет. Ведь мы же артиллеристы, воюем с врагом, в основном, на расстоянии.

Летом 1981 года воинская служба для нас закончилась, пришло время отбывать на «гражданку». Адаптировался быстро, по характеру я оптимист, привык смотреть на жизнь с позитивного ракурса. Повезло, что на жизненном пути попадалось много хороших людей, они мне сильно помогли. Война по-разному отразилась на судьбе моего поколения. Афган нас не сломал, но мирная жизнь ударила больно. Бывало, ребята, вернувшись домой, не могли привыкнуть к бытию без боёв и атак. От непонимания и одиночества начинали часто выпивать, некоторые заканчивали жизнь самоубийством. О психологической реабилитации мы тогда не слышали, всё трудности преодолевали самостоятельно. Особенно тяжело приходилось инвалидам: жить на мизерную пенсию было неимоверно трудно, а получали качественное медицинское обслуживание практически единицы. Ещё хуже, когда родственники сдавали их в приют, там парни угасали ещё быстрее. Положенные льготы существовали лишь «на бумаге», нам частенько приходилось слышать от работников разных инстанций: «Воевать вас отправил Брежнев, вот с него требуйте и спрашивайте».

Придя домой, я восстановился в автодоре, окончив его, остался работать в родном техникуме лаборантом. Попутно поступил в институт, в 1990 году получил диплом и стал преподавать студентам правила дорожного движения. Сейчас мне 57 лет, всю жизнь посвятил образованию, автомобильному и дорожному хозяйству. Более 30 лет счастлив в браке, есть дочь, но внучат пока нет, очень ждем, когда появятся. Рад, что мы, афганцы, объединились в общественные организации и занимаемся патриотическим воспитанием молодежи. Школьники и студенты задают много вопросов. В основном их интересует, как выживали, воевали, хотят услышать захватывающие истории. Меня очень расстраивает, что кинематографисты практически не снимают хороших художественных и документальных фильмов о новейшей истории. У нас много героев Афганистана и Чечни о подвигах, которых знают лишь единицы. Думаю, что это не правильно, ведь на примере этих людей можно воспитать не одно поколение патриотов, их имена нужно вырывать из забытья.

Кирилл САМОХВАЛОВ

28.10.2017

№: 

118

Рубрика: 

Популярные статьи

Продал дом? Можешь не регистрировать... 11.07.2013 №: 75 Всего просмотров: 172 308
Русский язык — река жизни 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 100 981
Бизнес-гёрл из Кызыла 21.03.2013 №: 30 Всего просмотров: 100 587
У слияния Енисеев 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 93 756
Зарегистрируйся и управляй страной 21.01.2014 №: 6 Всего просмотров: 69 741