Так хочется жить...

«Я хочу жить! В этой жизни мне пришлось со столькими вещами смириться… Когда все мои сверстники учатся, мне приходится лежать в больнице. Когда мои подруги выходят замуж, рожают детей, мне приходится лежать в больнице. Кто-то работает, а я все болею».
Эти строки — из письма депутату Государственной Думы Л. Шойгу девушки, больной туберкулезом. Назовем ее Оксаной. Страшная болезнь стала роковой для ее семьи. После переезда в Кызыл от соседей заразилась ее мать и умерла после продолжительной болезни. Затем выяснилось, что болен и мамин брат, дядя Оксаны, который тоже не смог победить туберкулез. Сама девушка узнала, что больна, в старших классах школы. Ее лечили, оперировали, вроде бы, болезнь ушла, но затем — снова больница. Из-за боязни заразиться, родные Оксаны не хотят с ней жить под одной крышей. Девушка вынуждена была просить жилье у властей, как и полагается по закону «О предупреждении распространения туберкулеза в РФ», встала на очередь на получение жилплощади, но вопрос еще не решен положительно.
Это всего лишь один частный случай из тысячи. К сожалению, Тува занимает лидирующее место в России по заболеванию туберкулезом. По итогам 2012 года, в республике на 100 тысяч населения приходится 205 больных туберкулезом, а в среднем по России — 68. Но улучшения хоть и небольшие, но есть. В 2008 в Туве на 100 тысяч человек приходился 241 больной. Как го¬ворят опытные врачи из республиканского противотуберкулезного диспансера, похожая кризисная ситуация была в середине 80-х гг. И тогда ее удалось переломить. Так почему сейчас все так сложно?
Какое представление имеют обычные люди о туберкулезе? В школе что-то рассказывают, в СМИ иногда бывает со¬циальная реклама, мол, заразиться можно воздушно-капельным путем, будьте осторожны, и еще мы знаем, что больные туберкулезом много кашляют. Но этого явно недостаточно. Как рассказывает главный врач противотуберкулезного диспансера Тувы Мерген Кызыл-оол, отчасти проблема в том, что у людей нет привычки при не¬домогании сразу же обращаться в лечебные учреждения. Приходят к докторам, когда уже совсем плохо и болезнь запущена. Следовательно, и лечение предстоит долгое. Вот тут-то начинаются основные проблемы.
В зависимости от степени заболевания, лечение занимает от 3–4 до 24 месяцев. Не всякий больной способен выдержать этот курс. Такие, как Оксана, кто хочет вылечиться, жить нормальной жизнью, конечно же, есть. Но опять же, надолго оставить работу, семью, детей — сложно. Есть, мягко говоря, и нерадивые пациенты. Которые не только сознательно не лечатся, но и подвергают опасности здоровье окружающих. И даже если их нет в вашем ближайшем окружении, то вы можете встретить таких на улице, в общественном транспорте, магазине.
Из письма Оксаны: «Так тяжело на сердце, когда говорят, что источник заражения — ты. Быть сильной, терпеливой, смириться со многими неприятными вещами порою трудно. Так хочется жить в спокойствии, не переживая о том, что ты можешь заразить кого-то из близких мне людей, не говоря уже об окружающих».
Распространению туберкулеза в Туве способствует, по мнению врачей, и беспорядочная миграция жителей внутри республики. Те, кто состоит на учете в районной больнице, завтра могут уехать на заработки в столицу, не сообщив о новом месте жительства, а там и вовсе забросить лечение. Как быть с такими?
— Миграционный процесс сейчас неуправляемый. Больной уехал, исчез. А где он остановился, мы не знаем, а он же живет среди нас, — сетует ветеран фтизиатрии Евгений Месько. — Непонятен и государственный подход к этой проблеме. Существуют права больных туберкулезом, мы не можем заставить их лечиться, проходить обследования. А ведь права всех остальных граждан тоже нарушаются. Ведь больной уклоняется от лечения, и меня может заразить. Понимаете, страдает население. Это несовершенство законодательства. А это очень важно.
Изменить законодательство тувинские медики попытались при поддержке депутата Госдумы Ларисы Шойгу. Разработанные предложения, в частности, по введению принудительного лечения и открытии стационаров закрытого типа, обсуждались за «круглым столом» в российском парламенте. Но сразу же «пробить» вопрос не удалось. Однако врачи убеждены в правильности выбранного пути.
Из письма Оксаны: «Я хотела стать журналистом. Работать на телевидении. Но вице-премьер Анатолий Дамба-Хуурак, на приеме у которого я была, посоветовал мне закончить юридический факультет. Чтобы я изучала законы именно в медицинской сфере. Став юристом, независимо от того, болею я или нет, я всегда смогу консультировать тех же больных, рассказывать им об их правах и обеспечивать себе доход».
Главная проблема — отношение к болезни самих больных. Врачи признались, многие пациенты ведут себя вольготно. Знают свои права. Захотел, пришел и полечился, захотел — ушел. А доктора вынуждены идти на уступки. Лишь бы они совсем не пропадали. И, несмотря на то, что единичные решения суда по направлению на лечение есть, чаще всего больной вновь «уклоняется». А в диспансере их не могут задерживать. Поэтому все чаще поднимается вопрос об открытии в России стационаров закрытого типа, хотя бы в тех регионах, где ситуация с заболеваемостью тяжелая.
— Хочется в корне поменять отношение самих больных к длительному лечению. Сейчас много выявляют случаев заражения формой туберкулеза, которую принято называть лекарственно устойчивой. Курс излечения от нее длится почти 18 месяцев, — рассказывает замглавврача противотуберкулезного диспансера Аяна Оюн. — Представляете: каждый день на протяжении полутора лет больному надо скрупулезно выполнять все назначения врача: уколы, таблетки, процедуры, рацион... Не все выдерживают этот жесткий режим. А без него болезнь не победить. Значит, надо создать условия, в которых у пациента не было возможности поддаться слабости и махнуть рукой на недуг. Поэтому мы ратуем за внесение изменений в федеральный закон, которыми бы вводился порядок принудительного лечения от туберкулеза. Кстати говоря, в этом нас поддерживают коллеги практически во всех регионах страны.
Аяна Оюн убеждена, внимание к болезни должны уделять не только врачи, но и власти, особенно на местах, в муниципалитетах.
— Когда я была в Якутии на конференции, мне попалась на глаза местная газета со статьей главы одного из муниципальных районов. Он был обеспокоен тем, что на вверенной ему территории за год туберкулезом заболели 11 человек. Человек просил помощи у медиков. А у нас, к сожалению, руководители муниципалитетов считают, что бороться с туберкулезом должны только мы.
В том, что для эффективной борьбы с туберкулезом нужен коллективный, меж¬ведомственный подход, убеждены все фтизиатры Тувы. А народный врач Зоя Салчак и вовсе уверена, что для Тувы можно разработать и испытать специальную пилотную программу, которую потом можно будет применять в других регионах.
Председатель Медицинской палаты Тувы Наталья Воверене считает, что у тувинских врачей огромный практический опыт, ко¬торый может быть полезным для других регионов.
— Может быть, нашему министерству здравоохранения, основываясь на этом опыте, выйти на федеральный уровень с предложением создать в Туве своеобразный кластер диагностики, лечения и профилактики туберкулеза. Да и республиканскому центру медпрофилактики, наверное, необходимо принять отдельную целевую программу по вопросам профилактики туберкулеза, рассчитанную не на один год. И, конечно, остроту проблемы должны осознавать не только медики, а все общество: и педагоги, и СМИ, и власть, и работники социальных служб. Равнодушных не должно оставаться! Поскольку туберкулез — болезнь, в первую очередь, социальная.
Доктора вспоминают советские времена, когда материалам о профилактике туберкулеза давали совершенно бесплатно «зеленый свет» на телевидении, радио и в газетах.
— Если бы население грамотно информировалось, то ситуация была бы у нас гораздо благополучнее, — уверен Александр Матракшин, врач-фтизиатр, кандидат медицинских наук. — А сейчас даже в семьях с больными к туберкулезу отношение не совсем серьезное. Между тем один больной может заразить в среднем от 20 до 40 человек в год. Поэтому разъяснительная работа крайне необходима. Но в этом, прежде всего, должно быть заинтересовано государство.
С этим не поспоришь. Очевидно, что в бюджете минздрава должны закладываться солидные средства на сотрудничество с прессой. А коль средств этих у нас постоянно не хватает, может быть, стоит подумать о налоговых льготах или иных преференциях для СМИ, активно занимающихся противотуберкулезной тематикой и пропагандой здорового образа жизни в целом?
Еще одна проблема фтизиатрии — недостаток кадров. К примеру, количество больных в Барун-Хемчикском и Кызылском районах примерно одинаковое. Но в Барун-Хемчике действует противотуберкулезный диспансер, а в Кызылском районе вся фтизиатрия представлена одним-единственным врачом в райбольнице. Такие перекосы тоже надо исправлять.
Очевидно и то, что надо создавать механизм контроля за той частью населения, которую принято называть группами риска: семьи с малым достатком, лица без определенного места жительства, контингент исправительных учреждений… Эта задача и вовсе нерешаема без плотного межведомственного взаимодействия, условия которого необходимо детально прописать в законах и подзаконных нормативных актах. Иначе вместо тотальной войны туберкулезу мы будем иметь в сухом остатке кипы бумаг с отчетами для галочки. А почтальоны будут доставлять депутату письма с рассказами о тяжелейших человеческих драмах.
«У меня открытая форма туберкулеза. Со мной никто из близких не хочет жить. Домой не пускают. Все время жить в больнице тоже очень трудно»…
Оюма КОШКЕНДЕЙ

31.10.2013

Рубрика: 

Популярные статьи

Продал дом? Можешь не регистрировать... 11.07.2013 №: 75 Всего просмотров: 147 784
Русский язык — река жизни 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 78 020
Бизнес-гёрл из Кызыла 21.03.2013 №: 30 Всего просмотров: 77 646
У слияния Енисеев 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 70 940
Зарегистрируйся и управляй страной 21.01.2014 №: 6 Всего просмотров: 66 511