Ради нескольких строчек в газете

21 февраля Светлане Козловой исполнилось бы 82 года. Человеком она была редкостно разносторонним и неординарным. Татьяне Рябиковой довелось поработать с нею добрый десяток лет. Светланы Владимировны нет уже с нами почти восемьнадцать лет, а впечатлений, навеянных дружбой с этой удивительной женщиной, нашему постоянному автору хватит на полновесный роман.

Я шла в редакцию газеты «Тувинская правда». Навстречу попадались, оживленно беседуя, пешеходы. Падал мягкий снежок. В такую погоду хочется не спеша пройтись по улице, поразмышлять. Зима в этом году выдалась довольно щадящей, без сильных морозов.

И мне вспомнилось, как я впервые перешагнула порог редакции, с трепетом вошла в тот мир, где необыкновенные, интересные люди, журналисты, «колдуют» над газетой.

Я сама собиралась после школы поступать по совету преподавателей на факультет журналистики, но у меня тяжело заболел отец, а потом вообще ушел в иной мир, мне пришлось пойти на работу, и я поехала с этой целью в Туву.

Шел 1968 год. Я уже заочно окончила филологический факультет Кызылского пединститута, работала в школе. В то время при горкоме партии открывались вечерние университеты, среди факультетов была и журналистика. Здесь встречались люди различных профессий: учителя, врачи, инженеры, работники общественной сферы. Начались занятия, и вскоре мы стали собираться в редакции газеты, которая в то время размещалась в деревянном двухэтажном здании на улице Ленина, напротив МВД.

Сначала я познакомилась со Светланой Владимировной Козловой, которая вела занятия по журналистике. Позднее выяснилось, что она из Москвы, а я родом из Подмосковья. Стали общаться чаще. А вскоре при редакции газеты по инициативе Светланы Владимировны стало работать литературное объединение «Исток», которым она и руководила. Я с удовольствием посещала эти встречи. В то время я встречалась там с Галиной Принцевой, Людмилой Санчай. Их стихи часто печатались в газете. Здесь собирались различные по образованию и профессии люди, но объединяло их одно — поэзия. Светлана Владимировна не просто руководила объединением, она была душой нашего небольшого коллектива. Здесь мы читали свои стихи, критиковали друг друга, порой до сильных обид. Тогда она брала «бразды» правления в свои руки и уже очень авторитетно руководила работой над анализом стихотворения, из-за которого и разгорелся весь «сыр бор». Она тоже иногда жестко указывала молодым авторам на их ошибки, но в то же время старалась сильно не обидеть. Или же, уловив момент тишины, вступала в разговор, читала свое стихотворение. Все с интересом слушали. А после прочтения проводила анализ своего стихотворения, учила, как надо бережно работать над словом, как подбирать нужное сравнение или эпитет, как что-то доработать. А через несколько дней возвращалась к прошлому разбору, просила автора показать, что изменил, дополнил.

Кропотливо, профессионально она руководила нашими занятиями, усердно «вдалбливала» основы стихосложения.

Вообще, Светлана Владимировна была очень интересным, эрудированным человеком, порой противоречивым, очень уверенным в себе, в своей правоте.

Вскоре я начала сотрудничать с газетой по заданию Светланы Владимировны и как-то сама того не замечая потянулась к этому человеку.

Мы подолгу беседовали с ней в редакции и по поводу моих материалов. Мне приходилось писать о людях разных профессий, выступала на моральные темы. Светлана Владимировна подсказывала, о чем надо сообщить подробнее, а о чем — вкратце, как сделать вывод из написанного, обобщить. Она вдумчиво относилась ко всему, над чем я работала, помогая познать все тонкости журналистского дела.

Помню, однажды я пришла в редакцию к концу рабочего дня, даже волновалась, что не успею. Она взяла мои листы, пробежалась немного глазами, а потом, отложив их в сторону, произнесла:

— А пойдем ко мне. Завтра дочитаю.

Когда мы вошли в квартиру, первое, что мне бросилось в глаза, — трехъярусные вешалки, расположенные на небольшом расстоянии друг от друга. Я удивилась. А оказалось все очень просто, как в сказке «Маша и три медведя».

Первая, нижняя, вешалка — для самых маленьких, вторая, что поодаль и повыше, — для детей постарше, а еще выше — третья, уже для взрослых.

В комнатах на батареях были развешаны маленькие разноцветные носочки, плавочки, маечки — сушилось детское белье.

Они жили в то время недалеко от редакции на улице Ленина, в доме, где находится сейчас магазин «Юность». Светлана Владимировна жаловалась, что белье не успевает зимой высыхать, вот и приходится досушивать на батареях, т.к. детям в детский сад каждый день надо чистые носки и другую одежду.

А еще, что привлекло мое внимание, — обилие книг. У них была очень хорошая библиотека с ценными и редкими изданиями.

В первый же свой визит я познакомилась и с мужем Светланы Владимировны, уже известным в ту пору журналистом Анатолием Федоровичем Емельяновым.

С тех пор у нас сложились теплые, дружеские отношения. Он то очень сдержанно хвалил мои газетные материалы, то страшно ругал, как мне казалось, незаслуженно.

Однажды в газете напечатали мой рассказ «Соленый сахар», в основу которого лег настоящий случай, о котором мне рассказала знакомая, во время войны проживавшая в оккупации. Ему ужасно не понравился рассказ, он упрекал меня в том, что нельзя писать о доброте фашиста. Я тщетно оправдывалась, говоря, что не все немцы были фашистами, но он категорично настаивал на своем, говоря, что фашист и есть фашист. Светлана Владимировна попыталась вступиться за меня, но он резко остановил ее. В тот вечер я ушла очень расстроенная и обиженная.

Впоследствии, когда мне приходилось бывать у них дома, мы никогда не возвращались к этому разговору, и Анатолий Федорович всегда был расположен по мне радушно.

Иногда после работы он заходил за ребенком в детский сад и, увидев меня в доме, радостно улыбался и говорил:

— Ой, да у нас «Рябинка» (так он ласкового называл меня с моего согласия). Пойду за тортом.

Мы садились за стол, еле помещаясь из-за нехватки места, пили чай. Потом дети расходились по комнатам, а мы еще долго беседовали.

В семье у них было девять детей, имена выбирала для них Светлана Владимировна. Это были давние русские имена, нарекала она ими в честь каких-либо знаменитых людей: Ирина, Федор, Кондрат, Денис, Егор, София, Елизавета, Екатерина, Анастасия. Светлана Владимировна очень переживала, что не смогла выносить десятого ребенка.

В детстве она росла с сестрой, между ними была большая разница в возрасте. Повзрослев, они зачастую не ладили друг с другом. Еще тогда Светлана Владимировна решила, что у нее будет большая семья, что она будет рожать, сколько сможет.

Однажды, во время подготовки к изданию сборника «Работяги», она читала мне стихи, которые намеревалась в нем разместить, и неожиданно произнесла:

— А знаешь, я ведь назвала сына Кондратом в честь Рылеева.

Потом ненамного замолчала и стала читать стихи. Я помню это стихотворение, но осталось в памяти то, что у Рылеева горящие глаза, и что у своего сына она тоже видит в глазах этот свет.

Интересная и довольно странная была эта женщина. Иногда на работе и в общении была взрывной, очень несдержанной, но со мной это почти не случалось. Ни у нее, ни у меня здесь не было родственников, и наши отношения складывались так, словно мы близкие люди, зачастую она относилась ко мне, как к младшей сестре, я неоднократно ощущала с ее стороны теплоту, внимание и заботу.

На удивление она была очень трудолюбивым человеком, настоящим трудоголиком, поэтому для семьи и детей у нее почти не оставалось времени.

Однажды летом, когда я была в отпуске, Светлана Владимировна предложила мне временно поработать в отделе культуры.

Завотделом Варвара Ефимовна Межова собиралась в отпуск, а Светлана Владимировна была в отпуске по уходу за ребенком, нель-зя было оставить отдел пустым.

Василий Лаврентьевич Маслов, будучи тогда редактором газеты, по их просьбе и взял меня на работу.

— Она справится, — уверенно сказала Светлана Владимировна.

И я очень старалась. Проработала полтора месяца. Очень много писала. Светлана Владимировна часто прибегала, помогала мне «разгребаться». Бывали случаи, когда кто-то из старших звонил ей из дома, просил прийти, чтобы покормить ребенка.

— Не могу. Дел много. Приду позже.

И объясняла по телефону, как сварить кашу, сколько всего положить.

Я пыталась ее отправить домой, говоря, что сама все сделаю. Но если она бралась за работу, оторвать ее было невозможно. Она времени не замечала, оно для нее просто не существовало, и дело доводилось до конца. Для меня в таких случаях она становилась непонятной.

Дети, находясь в таких ситуациях, всегда заботились друг о друге, заменяя частенько заработавшуюся мать.

Надо еще сказать, что, помимо газетной работы, она много времени уделяла общественной деятельности. Нередко жаловалась, что со старшими детьми порой очень трудно, непросто, не всегда бывает взаимопонимание. Помниться, что старшая дочь ушла из школы и доучивалась уже в вечерней.

Нас сближала с ней не только работа. Были моменты, когда она подолгу говорила о волнующем ее, открывая мне душевные тайны. Я всегда была внимательной слушательницей, она это знала. Иногда я пыталась дать ей совет, она улыбалась и говорила:

— Это непросто. Ты еще молода, и многое не всегда понимаешь.

Не раз, вдруг прерывая разговор о работе, начинала, словно бы для себя самой, говорить о душевных делах, о непонятной для многих дружбе с человеком, который ей был дорог, которого она жалела, неоднократно навещала дома, когда он болел, ходила в больницу, носила передачи, готовила ему что-нибудь горячее, вызывая недовольство и непонимание мужа и осуждение знакомых. Но вот такой она была: проявляла чрезмерную заботу о других и забывала о своей семье.

В моей судьбе знакомство со Светланой Владимировной не было просто знакомством. Она стала для меня человеком, который из мечты вывел меня в реальный мир журналистики. Кроме того, она помогла мне проникнуть в тайны поэтического языка. Уже позже, когда ее не стало, я издала и свой сборник стихов.

А с Анатолием Федоровичем я в последний раз встретилась совсем случайно на улице, в сквере у театра. Был солнечный теплый день, я спешила на работу.

Подняла глаза и увидела его. Даже как-то растерялась. Я знала, что он тяжело болел, лежал в больнице. Он опередил мой вопрос и, словно отвечая на него, сказал:

— Из больницы сбежал, решил подышать свежим воздухом.

А вскоре его не стало.

О работе в газете, с которой я сотрудничала плотно более 10 лет, можно очень много рассказывать. Но добрыми словами хочу отдать должное Ларисе Петровне Кенин-Лопсан, которая в то время возглавляла в редакции отдел писем.

Сотрудничая с ней, прошла хорошую школу. Сама она всегда выступала на различные темы, проводя скрупулезную работу над письмами. Бывали письма и оптимистические, а чаще — с проблемами. Она очень бережно относилась к такому материалу и говорила:

— Помни: за газетной строкой — прежде всего, человек.

Вспоминается и Виктор Куликов. Мы с ним познакомились в институте, где он, работая в газете, учился на филологическом факультете. Он был намного старше нас, казался очень серьезным, недоступным, и материалы в газете у него были на такие ответственные темы, как партийное строительство, промышленность, сельское хозяйство.

Но в обращении с нами он открылся с совершенно другим человеком: шутливым и веселым. В институте ему с трудом давался старославянский язык, а мы его изучали полтора года. Он ворчал, возмущался, ругая эти старославянские буквы «юс большой и юс малый». Однажды во время сессии он пришел в институт, торжествующе вынул из кармана толстую записную книжку и заявил:

— Вот теперь-то я весь старославянский здесь «затранскрибировал».

Отличался напористостью, желанием добиться цели. Позднее он уехал в Москву, откуда родом была жена, работал в газете «Сельская жизнь». А потом трагически погиб…

Я часто вспоминаю этих талантливых людей, горячо преданных своему делу. Это были 60–70-е годы. Им приходилось в мороз, в непогоду, пешком или в холодных автобусах колесить по республике, с трудом добираться до дальних чабанских стоянок, как поется в давней песне о журналистском труде, «из-за нескольких строчек в газете».

Татьяна Рябикова

26.02.2015

№: 

20

Рубрика: 

Популярные статьи

Продал дом? Можешь не регистрировать... 11.07.2013 №: 75 Всего просмотров: 168 194
Русский язык — река жизни 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 97 163
Бизнес-гёрл из Кызыла 21.03.2013 №: 30 Всего просмотров: 96 812
У слияния Енисеев 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 90 024
Зарегистрируйся и управляй страной 21.01.2014 №: 6 Всего просмотров: 69 039