Последний романтик «Тувинки»

...Думаю, что в этот период уже глубокой пенсии, с которым Никандрович никак не мог согласиться, мне приходилось чаще других журналистов ездить с ним в командировки по республике. Без них он просто увядал, и если неделю сидел невостребованным в редакции, подходил ко мне и жалобно предлагал «скататься хотя бы до ближайшей чабанской стоянки».

Но командировки я и сама любила, поэтому (очень надеюсь, что смогу вновь нырнуть в эту суматошную редакционную волну) всегда была легка на подьем.

НЕ РВИ!

Очередная поездка в Тандинский район. У Балгазынского бора Никандрович просит тормознуть — надо набрать этюдов и подышать. На полянке — яркое желто-зеленое пятно. Это первые подснежники. Рядом пробиваются еще и еще. Но те, первые, уже совсем взрослые. Выбрались на свет божий раньше других и словно осветили собой эту полянку с пожухлой прошлогодней листвой. Никандрович, по-детски причмокивая, заприседал перед дружной желто-зеленой семейкой. Фоткал цветы, что называется, и в фас, и в профиль. Но заметив мою вороватую руку, тут же рявкнул: «Не рви!» Да я и не собиралась. Просто хотела погладить мохнатые макушки.

Никандрович никогда не рвет ни полевые, ни лесные цветы. Зачем портить красоту? Дома она быстро умрет, а здесь еще долго будет радовать. «Кого, Никандрович?» «Да лес. У природы не бывает ничего лишнего».

 «А Я ВОДОЧКУ ХРЯСЬ, ХРЯСЬ!»

И у меня, и у него всегда с собой складной походный столовый инструмент. Наработано и походное меню, которое, если совпадало с имеющимся в придорожной столовке или сельском «кафе», не подводило никогда. Гороховый суп и вареные яйца. Идея меню, естественно, от более «тертого калача», т. е. от Никандровича. «И гороховый суп, — говорил он, — и вареные яйца испортить трудно даже мне».

Благодаря незамысловатым блюдам наши желудки, а значит, и кишечники, были в безопасности. Но вот однажды…

Это была очередная командировка в Танды. Нас пригласили освещать какое-то важное событие в жизни района. Которое, естественно, плавно перетекало за банкетные столики. Но в праздничном меню почему-то не было ни любимого горохового супа, ни вареных яиц.

За столик мы уселись рядышком. Хотелось есть и, переглянувшись (обстановка шикарного зала тоже притупила бдительность), мы решили рискнуть. И зря.

…Эту ночь и последующие три дня я провела в обнимку с горшком. На работе, куда притащилась бледная и похудевшая, сразу же поинтересовалась здоровьем коллеги. Жив ли еще? Оказалось, что и жив, и здоров, и по-прежнему упитан. Решила уточнить подробности у самого пенсионера. А он уже катит навстречу по нашему длинному редакционному коридору. Действительно: щечки — розочкой, губки — бантиком. Воспроизвожу наш бессмертный диалог:

— Ты болел после этих салатов?

— И не думал.

— ?????????

— А я сразу водочку хрясь, хрясь! И похорошело. Проверенный рецепт.

«Вот ведь сволочь, — подумала я, — он водочкой давил в желудке бунт в то время, как я не отходила от унитаза!!!» Но зато запомнилось и теперь передаю совет по наследству молодым коллегам.

И КТО ЖЕ ИЗ НАС ОСЁЛ?

Совместные командировки дали многое и в плане правильной режиссуры фотографий. Он фотографировал авторов, я попутно училась. И последние годы много ездила по республике одна. Никандрович за долгие годы «оттянул» тяжелой аппаратурой руку, и мы старались обходиться в командировках уже собственными фотосилами. Его теперь приглашали, в основном, для освещения рабочих командировок в республику федеральных vip-персон. Но точно знаю, что других таких мастеров фотографии в газете не будет уже никогда.

Словосочетание «любит свою работу» к нему, конечно, применимо, но надо было видеть те восторг и детскую радость, с которыми он передвигался внутри отары овец, находил какие-то точки («Вот, вот, только здесь будем фотографировать») в юрте. А панорамные снимки чабанских стоянок зимой — просто песня для журналиста, который работает в отделе сельского хозяйства газеты.

После командировок он «вываливал» на рабочий стол такое количество фотографий, что впору было писать не репортаж (корреспонденцию, интервью, очерк…), а книгу. И все фото отличного качества. Однажды взяла на руки недельных ягнят, и они с остервенением начали вылизывать мои щеки. Никандрович, хотя его никто об этом не просил, — тут как тут. Просто он увидел интересный сюжет.

Фотосессия с осликом (сыном знаменитого осла по имени Гордеев) — тоже идея любознательного коллеги.

— Склонись к нему с блокнотом, и словно интервью у него берешь, — режиссирует он свою задумку.

Попробуй теперь откажись от того, что беседовала с ослом. Но остается вопрос: и кто же теперь из нас троих осел?

Никандрович, я тебя люблю! Живи долго и лечи свою руку. Мы еще поездим с тобой по республике.

Галина МУРЫГИНА.

23.01.2018

№: 

6

Рубрика: 

Популярные статьи

Продал дом? Можешь не регистрировать... 11.07.2013 №: 75 Всего просмотров: 140 621
Русский язык — река жизни 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 71 208
Бизнес-гёрл из Кызыла 21.03.2013 №: 30 Всего просмотров: 70 816
Зарегистрируйся и управляй страной 21.01.2014 №: 6 Всего просмотров: 66 347
У слияния Енисеев 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 65 333