Отблеск ясного света

У Галины Ивановны на редкость красивая фамилия — Принцева. «Я сразу же, как близкий слову филолог, отметил полное соответствие её редкостной фамилии, стиля поведения и по-своему уникальной внешности», — вспоминает профессор ХГУ В. П. Прищепа.

Г. И. Принцева поражала окружающих своим обликом. Об этом многие писали, в частности, тот же коллега В. Прищепа: «Не высокомерие и вальяжность королевы, а именно изящество принцессы было сутью её облика». Царственная внешность восхищала и вдохновляла многих, кто был знаком с нею. Мы, её бывшие студентки, полюбившие её тихой, кроткой и безнадежной любовью, хотели стать похожими на неё — хоть каплю. Нам, сельским девчатам, недавно окончившим школу, серым уточкам, конечно, это было не под силу. Тем не менее, всеми силами старались подражать её походке и манере поведения. Она была идеалом красоты, не только внешней, но и духовной. Галина Ивановна очаровала нас интересными, живыми лекциями по русской словесности. Мы видели в ней изящного лебедя, нежного и хрупкого, как сама природа. «Аристократка духа — так назвала свой материал о ней Марина Кенин-Лопсан. — Жила в своём мире… Творила, писала, переводила».

Г. И. Принцева — ученая, поэтесса, переводчик. Окончила филологический факультет Кызылского госпединститута (1969). Хотела стать учителем, как и родители. Позже, много лет спустя, она пишет о своем выборе: «Я достаточно рано поняла, как нелёгок учительский хлеб, но когда пришла пора определяться — пошла дорогой своих родителей». Отец её, физик по образованию, приехал в Туву в далеком послевоенном времени по распределению Минпроса СССР. Он окончил Витебский индустриально-педагогический институт. «Работал учителем физики и математики в школе крестьянской молодёжи. Учениками были ровесники и люди гораздо старше его. Началась Великая Отечественная. Отец воевал в составе батальона особого назначения 88 отдельного полка 31 стрелковой дивизии 52 армии 1 Украинского фронта. 9 мая был на территории Чехословакии, — пишет Галина Ивановна. — Мои мама и отец, Клавдия Васильевна Табаева и Иван Иванович Принцев, стояли у истоков образования нашей республики. Мама — историк, была первым директором кызылской школы № 3. Отец после войны, с фронта, ещё в шинели приехал в Туву, был инспектором Областного отдела народного образования, затем заведовал им, преподавал физику и математику».

Клавдия Васильевна, мать Галины Ивановны, хакаска по национальности, окончила Иркутский педагогический институт. Она, как и Иван Иванович, по профессии и призванию были учителями из первого поколения профессиональных педагогов в Туве. Семья входила в интеллектуально-культурную элиту маленького Кызыла. Поэтому неудивительно, что дети Клавдии Васильевны и Ивана Ивановича Принцевых — Галина и Наталья — были прекрасно образованы — занимались музыкой, рано научились читать, увлеклись литературой. Одна из них стала учёной, поэтессой, другая — журналисткой, очень известными во всей Туве людьми. Галина Ивановна писала: «Моё детство было счастливым и гармоничным». Она росла и воспитывалась в среде, где царила любовь и уважение.

В 1969 году после окончания института ей как отличившейся студентке предложили остаться работать на кафедре. С тех пор она учила и воспитывала учителей-словесников.

В 1973 году окончила аспирантуру педагогического университета им. Н. Крупской в Москве. Галина Ивановна — автор многих научных статей по проблемам русской литературы XIX века: в них она исследовала творчество Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Фета. В литературоведческих статьях глубоко анализировала произведения, исследовала неизвестные страницы биографии великого русского писателя А. П. Чехова. Под руководством профессора Г. Л. Абрамовича написала кандидатскую диссертацию «Сахалинские произведения А. П. Чехова начала и середины 90-х годов (идеи и стиль)» и успешно защитила работу в аспирантуре педагогического института им. Н. Крупской. Долгие годы была бессменным заведующим кафедрой литературы пединститута, а затем ТувГУ. Обучила и воспитала не одно поколение студентов-словесников. Кандидат филологических наук, доцент, член Союза писателей России, почётный работник высшего профессионального образования РФ, заслуженный работник образования РТ.

Стихи она начала писать с юных лет, а публиковаться — в 13 лет. Ее стихотворения «Пионерская песенка», «Ранней весной» увидели свет в 1961 году в день защиты детей на страницах газеты «Тувинская правда». В 14 лет она стала участницей семинара молодых поэтов Советского Союза в Чите.

Галина Принцева публиковалась нечасто. И представлять материалы на суд редактора, читателя никогда не торопилась. Поскольку в этом не нуждалась, писала стихи по велению сердца, для себя, и к своим стихам относилась как к глубоко личному процессу. Её стихи стали часто печататься только после того, как она стала посещать очень известное с 1980-х годов литературное объединение «Исток», руководимое Светланой Козловой, куда входили также Э. Цаллагова, В. Кан-оол, Л. Санчай, Ю. Вотяков, Е. Антуфьев, Б. Прудников, В. Тутатчиков, имена которых стали известными в литературной Туве.

«Из этого творческого объединения вышли многие известные нынешние поэты», — вспоминала она. Галина Ивановна со своей нежной лирикой стала одним из самых одаренных участников литобъединения при редакции газеты «Тувинская правда». Именно в годы посещения «Истока» чётко и окончательно оформились индивидуальные черты её стиля. «Из «Истока-1» — пишет она, — больше всего запомнились споры до хрипоты и до рассвета о судьбах искусства, традиционные подвальчики, пестрые шарфы, целая плеяда талантов...». Атмосфера, которая царила на занятиях литобъединения, положительно влияла на творческий рост.

Галина Принцева — автор трёх поэтических сборников «Память любви» (1998, 2004), «Шаанак» («Вереск», 2003, на тувинском языке). Стихи её захватывают читателя, словно великая мать-река Эне-Сай — и безмерной глубиной, и величавой красотой. Их можно изучать, как саму жизнь, и вновь, и вновь делать для себя открытия и поражаться написанному. Вся поэзия Принцевой излучает нежность и верность, свет и правду, добро и истину, ибо это дар, дарованный свыше.

В её стихах нежная, хрупкая женственность и изящество сочетаются с несокрушимой волей. «Г. И. Принцева была только внешне хрупкой и изящной, на самом деле она запомнилась мужественным человеком», — верно замечает один из современников.

Поэтесса Принцева не могла не писать о любви к жизни, природе, друзьям, близким, любимым. Ибо любовь для неё — это избушка для охотника в дремучей тайге, это дыхание жизни, это оазис в пустыне. Через ее строки пробивается свет души человека, влюблённого в жизнь, в красоту. В стихах Галины Принцевой любовь благородна и светла. Нет в них ни капли обиды, укора, там только печаль, легкая, светлая.

                              

Как я живу без тебя?

Не спросишь –

а я не знаю.

Как я живу без тебя?

А я рассказать не могу.

Наверное, так, как прежде.

Работаю. Книги читаю.

Бывает, плачу немного,

по первому снегу бегу.

И если бы не деревья,

что правят временем строго, –

я бы давно растерялась

в сумятице пестрых дней…

(«Деревья»).

 

Я любовью твоей,

черной немочью, переболела,

а очнулась — пустырь.

Ни двора,

ни огня,

ни угла.

Разгулялась душа –

обмелел белый свет по колено.

Суд последний вершила,

воротиться домой не могла…

(«Я любовью твоей…»).

 

Возвышенные чувства,

в свою очередь, требуют высоких слов.

…и душ затворенье,

и тел сотворенье,

и дел наших суетных

столпотворенье.

(«Холодное лето»).

 

…Я помню эту девочку,

легка,

стоявственна,

стоженственна,

столика,

напев смычка

и трепет светляка –

проклятие,

поэзия,

молитва…

Она обладает способностью совершенствовать и оживлять язык, передать образ, впечатление.

Ещё одно несомненное достоинство и особенность поэзии Галины Принцевой — её истинно художественное, собственное видение. В стихах все свое: свой взгляд, свой цвет, свой словарь, своя манера писать, свой принцип изображения, свой голос. Галина Принцева — ни на кого не похожий поэт. Фразы её всегда строго взвешены. Ей свойственно изображение тончайших движений души, серьезность мысли, одухотворенность мироощущения, решительность интонаций.

В стихотворениях «Ассоль», «Мелика», «Мумия» «Из Рафаэля», «Горетхэн и Мефисто», «Хор греческой трагедии гремит» особый колорит. В них слышен голос и отчётливо чувствуется стиль самого автора.

Хор греческой трагедии гремит.

Богов восславит,

низость заклеймит,

И действие, и пенье монолитны,

актёры чинно попирают плиты,

Бесстрастны маски иль искажены –

все в хороводе стройном сведены.

Грехопаденье иль священнодейство –

но хор гремит и дивно движет действо.

Конец настанет, грянет грозный рок —

и хор восстанет, чтобы дать урок…

(«Хор греческой трагедии гремит»).

Интонация стиха, нетерпимость к пустым фразам — отличительные признаки её лирики. Умение естественно, просто и ясно говорить о тонких материях не каждому дано. А Г. Принцевой это всегда под силу. В этом можно достаточно убедиться, прочитав её строки…

Пустынные, отравленные дни.

Ненастье безнадежно затянулось,

и кажется, что навсегда согнулась

душа моя,

Господь её храни!

…Хотя еще не верую в отбой,

упорствуя, храню огонь вчерашний –

все тоньше, тоньше жар его всегдашний

томится между мною и тобой.

Не вижу,

не внимаю,

не живу,

как мать, что не отчаялась согреться

дыханьем бездыханного младенца,

бессмысленно вверяясь естеству…

(«Пустынные, отравленные дни»).

 

Каковы по силе искренности строки этого стихотворения, таково и исповедальное признание, без прикрас рисующее состояние души. Они излучают энергию жизни. Поэт смотрит жизни прямо в глаза и хорошо знает, о чем пишет.

И вместе с тем в её стихотворениях чувствуются философские размышления, в них показана вся философская глубина человеческой жизни. Ибо поэзия, как и всякое искусство, — прежде всего философия. В её строках мысли ёмки. В них переплетение минутного и вечного, прошлого и будущего, невозвратимость времени, мимолетность жизни, непостоянство всего, что есть в этой нашей срединной земле:

…Мы — люди,

звезды,

корабли

в невозвратное уходим.

(«Память любви»).

               

…На свете на этом –

то черном,

то белом –

мужает душа,

разрушается тело.

(«Контрасты»).

Стихи Принцевой и есть музыка её души, тонкой и плачущей, сильной и несокрушимой. Это заставляет еще и еще раз вчитываться в её стихи. Впечатления — как после концерта хорошего симфонического оркестра, как после «хора греческой трагедии». В этом суть поэзии Галины Принцевой. Она призвана поднять нас над жизненными реалиями, чтобы мы могли подумать о своем назначении в этом мире.

Природа в её стихах имеет разные цвета, разные голоса:

Одуванчиковый луг,

золотистый, словно солнце,

безмятежный,

жаркий,

сонный,

идеально четкий круг.

Одуванчиковый луг,

светлый,

дымчатый,

летящий,

испаряется над чащей

леса, что молчит вокруг.

(«Одуванчиковый луг»).

 

Неяркий свет,

нежаркий свет,

чуть розоватый свет –

ожил багульника букет,

январский наш букет.

Недвижна стужа за окном

туманным и седым –

но дом согрет твоим теплом,

цветенья легкий дым.

В хрустальном льду взрастил звезду

Всем бедам вопреки

шальной,

апрельский

пряный дух

оттаявшей тайги.

(«Неяркий свет»).

…Взорвут зеленую весну

черемух белые салюты.

Дожди пройдут сквозь тишину,

легко ступая…

(«Память любви»).

 

Такие чудесные строфы, строки лелеют в душе прекрасную симфонию. Мы вдыхаем их аромат. Они утверждают искусство слова и человеческую душу во всех их проявлениях и многообразии. Простота и проникновенность — вот основные её черты. В ней тишина уютного родного города, неразрывность звучной музыки и нежной поэзии.

Рассказывая о родителях, она признала, что стала их верным потомком, имея в виду, что выбрала путь учителя. Галина Ивановна воспитывалась в творческой атмосфере, которую, в свою очередь, передала её дочери Инне и внуку Игорю. Они люди талантливые, известные в Туве и за её пределами, авторы нескольких художественных и переводных книг, глубокие знатоки тувинского быта, жизни, колорита национального языка, психологии народа.

Галина Принцева была и популяризатором тувинской литературы. Она много переводила Монгуша Олчей-оола, Кара-оола Натпий-оола, Виктора Сагаан-оола, Чургуй-оола Доржу, Черлиг-оола Куулара, Зою Намзырай, Болата Маады, Зою Амыр-Донгак, Сайлык Хомушку, Игоря Иргита. В её переводах тувинский язык «оживает» по-особому.

Её поэзия навсегда очаровала меня, и поэтому в 2004 году я взялась переводить стихи Галины Принцевой на тувинский язык, чтобы познакомить тувинского читателя с великолепием её поэзии. Глубоко убеждена, что есть Принцевский художественный мир, который резко отличается от других. Это и есть «отблеск ясного света», как она писала в одном стихотворении. И в этом и есть, на мой взгляд, её величие.

Сайлыкмаа КОМБУ

23.06.2018

№: 

68, 69

Рубрика: 

Популярные статьи

Продал дом? Можешь не регистрировать... 11.07.2013 №: 75 Всего просмотров: 150 442
Русский язык — река жизни 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 80 474
Бизнес-гёрл из Кызыла 21.03.2013 №: 30 Всего просмотров: 80 114
У слияния Енисеев 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 73 387
Зарегистрируйся и управляй страной 21.01.2014 №: 6 Всего просмотров: 66 752